Московская коллегия адвокатов «Арутюнов и партнеры»

Адвокат АРУТЮНОВ АЛЕКСАНДР АРТАШЕВИЧ

 

- Университетский диплом с отличием в 1982 году. 

 

- Защита диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук в 2001 году.

 

- Защита диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук на тему «Соучастие в преступлении по уголовному праву Российской Федерации» в 2007 году.

 

- Стаж адвокатской деятельности с 1983 года.

 

 

Александр Арутюнов занимает первую строчку в рейтинге персональных страниц Viperson (раздел "Право").

 

 

Александр Арташевич Арутюнов входит в рейтинг лучших адвокатов Москвы и России (https://advokat-rating.ru).

 

Новости

Слушайте...

29 апреля 2021 года (9-30 - 10-00) на радио "Маяк" в прямом эфире программа "Право имеешь!". Тема: "Безопасная аренда квартиры". Ведущий - Сергей Стилавин. Гость - адвокат Александр Арутюнов.

 

Слушайте...

20 апреля 2021 года в прямом эфире на радио "Говорит Москва" (17-00 - 18-00) адвокат, доктор юридических наук Александр Арутюнов примет участие в дискуссионной программе "Своя правда". Тема: Основные страхи россиян".

 

Читайте...

 

 

Верховный Суд РФ разъяснил, чем доказать заем

 

 

В августе 2013 года Андрей Белов* (фамилии изменены) одолжил Алексею Васильеву* 32 млн руб. Заемщик обязался вернуть всю сумму не позднее 1 августа 2016-го. Стороны подписали письменный договор, составили график возврата средств, Васильев выдал расписку о получении денег. Долг кредитору заемщик так и не вернул. Тогда Белов решил добиться возврата средств в судебном порядке. Он потребовал взыскать с Васильева 94,3 млн руб., включая основной долг и пени.

Но три инстанции истцу отказали. Если деньги в долг дает гражданин, то договор займа считается заключенным с момента передачи средств, сослалась первая инстанция на абз. 2 п. 1 ст. 807 ГК («Договор займа»). Чтобы понять, был ли договор, нужно установить, передал ли заимодавец деньги. Сделать он

это мог, только если обладал необходимой суммой, подчеркнул Промышленный районный суд Самары и потребовал от Белова доказать наличие у него 32 млн руб. на момент заключения договора. Поскольку заявитель так не сделал, первая инстанция признала заключение договора недоказанным и отказалась взыскивать по нему долг. При этом суд указал, что копии договора и расписки не могут подтверждать фактическую передачу денег, поскольку не подтверждено само наличие средств у заимодавца. Самарский областной суд и Шестой кассационный СОЮ выводы райсуда поддержали (дело № 88-11833/2020). Белов не согласился с актами трех ин-станций и подал жалобу в Верховный суд. Он настаивал, что закон не обязывает заимодавца доказывать наличие у него денег, а нижестоящим судам следовало оценить представленную расписку, которую собственноручно подписал Васильев. Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ отменила акты нижестоящих судов и отправила дело на пересмотр в Самарский областной суд.

 

 

 

 

Комментарий адвоката, доктора юридических наук Александра Арутюнова

 

Представляется странным, что суд первой инстанции (Промышленный районный суд г. Самары) отказал в удовлетворении иска лишь на основании якобы отсутствия у истца (займодавца) денежных средств на момент заключения договора займа. Заметим сразу, что установление факта наличия у истца денежных средств не могло быть предметом доказывания по делу.

Тем не менее, апелляционный суд (судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда) и даже суд кассационной инстанции (судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции) оставили названное решение суда первой инстанции без изменения. Примечательно, что сам ответчик (заемщик) не предъявил встречный иск о безденежности займа, хотя ст. 812 ГК РФ предусмотрено, что заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от займодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре.

            Ошибку пришлось исправлять Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, которая пришла к выводу, что «закон не возлагает на заимодавца обязанность доказать наличие у него денежных средств, переданных заёмщику по договору займа, при этом обязанность по доказыванию безденежности займа возлагается на заёмщика, что не было учтено судами при рассмотрении настоящего дела. При таких обстоятельствах ссылки судебных инстанций на то, что истцом не доказан факт реальной передачи денежных средств ответчику и наличия указанной суммы у истца, нельзя признать правомерными» (дело № 46-КГ20-21-К6). 

Характерно, что истец (займодавец) представил суду заключенный в августе 2013 года договор займа между сторонами, согласно которому истец передал ответчику (заемщику) денежные средства в размере 32 000 000 руб., а ответчик обязался вернуть указанную сумму займа до 31 июля 2016 года в соответствии с графиком платежей.  Договором предусмотрено, что передача суммы займа подтверждается распиской, являющейся неотъемлемой частью договора, написанной заёмщиком собственноручно. Указанная расписка также была представлена суду. (Похоже, любой юрист или адвокат при наличии таких доказательств уверенно заявил бы клиенту на консультации, что по делу есть позиция и вполне можно рассчитывать на удовлетворение иска.)

Казалось бы, оснований для удовлетворения исковых требований достаточно, однако суд первой инстанции, сославшись на ст. 807 ГК РФ (договор займа), указал, что договор займа считается заключенным с момента передачи денежных средств, но передать денежные средства истец не мог, поскольку не обладал денежной суммой в таком размере (32 млн рублей). Договор и расписка не могут подтверждать фактическую передачу денег при отсутствии доказательств наличия денежных средств. В свою очередь, как уже указывалось, суды апелляционной и кассационной инстанции выводы районного суда поддержали (дело № 88-11833/2020). Вопрос о том, как  же в таком случае заемщик (ответчик), будучи в здравом уме, собственноручно написал расписку о получении денег и почему на протяжении нескольких лет и даже в суде не оспорил договор займа по безденежности, остался без внимания суда. (Впрочем, требования суда доказать наличие у займодавца      денежных средств имели место и по другим делам. См., например, дела № 33-7961/2018 в Красноглинском районном суде г. Самары и № 33-33187/2018 в Гагаринском районном суде г. Москвы.)

И последнее. Пожалуй, нет никаких сомнений в том, что иск по данному делу в конечном счете будет удовлетворен, однако вряд ли суд согласится с суммой пени в размере 62 265 000 рублей. Это связано с тем, что согласно договору займа в случае несвоевременного возврата заёмщиком заимодавцу суммы займа заёмщик обязуется выплатить заимодавцу пени из расчёта 0,1 процент от несвоевременно возвращённой суммы займа за каждый день просрочки, но не более 10 процентов от несвоевременно возвращённой суммы займа. Следовательно, истец вправе рассчитывать лишь на пени в размере 3 200 000 рублей.

 

А. Арутюнов, адвокат, доктор юридических наук (журнал "Административное право" № 2/2021 (с. 89-90.)  

 

Слушайте...

6 апреля 2021 года (10-00 - 10-30) на радио "Маяк" в прямом эфире программа "Право имеешь!". Тема: "Договор купли-продажи квартиры". Ведущий - Сергей Стилавин. Гость - адвокат Александр Арутюнов.

 

Слушайте...


25 марта 2021 года (9-30 - 10-00) на радио "Маяк" в прямом эфире программа "Право имеешь!". Тема: "Трудовой договор" (продолжение). Ведущий - Сергей Стилавин. Гость - адвокат Александр Арутюнов.

 

Читайте...



  

 

Множество судебных решений, вынесенных в ушедшем году по коррупционным делам, просто поражает своей мягкостью. Складывается впечатление, что судьи просто не слышали о таком понятии как неотвратимость наказания.

 

Комментарий адвоката, доктора юридических наук Александра Арутюнова

 

Ничего удивительного! Так было всегда (и, очень похоже, будет всегда!)

и не только в нашей стране. Как с этим бороться? Взывать к совести судей?

Наивно и бесполезно! Наверное, нужны некие законодательные меры, исключающие возможность послабления «своим» людям.

Марк Твен говорил: .Самые дорогие галстуки носят те, кому вполне хватило бы веревки.. В частности, имелись в виду воры, которых надо бы повесить, но они живут роскошной жизнью и носят дорогие галстуки. Приведем, однако, два примера из американской судебной практики. После Великой депрессии на Нью-Йоркской фондовой бирже пост ее вице-президента занимал .борец за честный бизнес. Ричард Уитни. Блестящий Ричард Уитни вел роскошную жизнь ― у него было семь автомобилей, сорок семь костюмов, он слыл ценителем тонких вин и коллекционного шампанского. Арест, суд и приговор Ричарда Уитни потрясли США. Никто не верил, что он будет осужден, полагая, что дело спустят на тормозах. Однако в 1938 году суд приговорил Ричарда Уитни за растрату чужих денежных средств к 5 годам заключения в тюрьме Синг-Синг. История имела продолжение. Однажды судья в Сент-Луисе, определяя наказание для воришки, стащившего 2 доллара с автозаправочной станции, заявил: «Мистер Уитни украл 225 000 долларов и получил 5 лет. Значит, по 45 000 долларов в год или по 120 долларов в день. Парень украл 2 доллара, следовательно, я приговариваю его к 24 минутам тюрьмы». Впечатляет? Да, но нужно иметь в виду, помимо прочего, что в США действует прецедентное право. В России другая система права. Тем не менее, попробуем сделать аналогичный арифметический подсчет по уголовным делам из российской судебной практики. Представьте, молодой человек украл в трамвае из женской сумки пенсионерки кошелек с деньгами в размере 6000 рублей и причинил тем самым потерпевшей значительный ущерб. Последний определяется с учетом имущественного положения потерпевшей, но не может составлять менее 5000 рублей. Поскольку пенсионерка получала пенсию 12000 рублей, то она, естественно, подтвердила в суде, что причиненный ущерб является для нее значительным. В результате, воришка был признан виновным в причинившей значительный ущерб краже из сумки, находившейся при потерпевшей (пп. «в., г» ч. 2 ст. 158 УК РФ), и осужден к 2 годам реального лишения свободы. Заметим, что он еще .хорошо отделался, потому что санкция части второй указанной статьи предусматривает лишение свободы на срок до 5 лет. Обратимся теперь к уголовному делу по обвинению в мошенничестве и злоупотреблении полномочиями бывшего мэра Горно-Алтайска Виктора Облогина. Бывший чиновник нанес своими действиями ущерб более чем на 125 млн рублей. Он похитил у города автомобиль стоимостью более 1,5 млн рублей и незаконно изъял из казны 17 млн рублей. Еще 107 млн городской бюджет потерял из-за гарантий мэра управляющей компании, не исполнившей свои обязательства. Оставим для чистоты подсчета без внимания злоупотребление мэра своими полномочиями. Сумма хищения в результате совершенных им мошеннических действий составляет 18,5 млн (1,5 млн + 17 млн = 18,5) рублей, что квалифицируется по ч. 4 ст. 159 УК РФ, максимальное наказание по которой составляет 10 лет лишения свободы. Экс-мэр был приговорен к 2 годам лишения свободы условно (и это еще с учетом состава злоупотребления

полномочиями!). Как-то не верится, что у судьи по делу Виктора Облогина не было уголовных дел, по которым она назначала наказание в виде реального лишения свободы за хищение в разы меньших сумм.

Итак, воришка украл 6000 рублей и получил 2 года реального лишения

свободы. Получается, по 3000 рублей за каждый год. Если же цифру в 18,5 млн рублей разделить на цифру в 2 года условного лишения свободы, то получится, что на год условного (подчеркиваем, условного!) лишения свободы приходится более 9 млн рублей. Более того, если 18,5 млн рублей разделить на потенциально возможные 10 лет лишения свободы, то на каждый год придется 1,85 млн рублей. При этом хищение 18,5 млн рублей отнюдь не огромная сумма.

Как соотнести сроки наказания воришке и мошеннику? Установить более мягкие санкции по ч. 2 ст. 158 УК РФ и более жесткие по ч. 4 ст. 159 УК РФ? По ч. 2 ст. 158 УК РФ, наверное, это возможно. Но по ч. 4 ст. 159 УК РФ, что называется, куда больше, если даже за убийство по ч. 1 ст. 105 УК РФ предусмотрено от 6 до 15 лет лишения свободы?! Ввести запрет на условное наказание при мошенничестве на сумму, к примеру, более 5 млн рублей? Пожалуй, но при одном исключении ― полное возмещение причиненного ущерба является законным основанием для применения условного наказания. Понятно, впрочем, что это лишь одно из предложений…


А. Арутюнов, адвокат, доктор юридических наук (журнал «Трудовое право» № 4/2021 (с. 87-89.)  

 

 

Слушайте...

23 марта 2021 года в прямом эфире на радио "Говорит Москва" (17-00 - 18-00) адвокат, доктор юридических наук Александр Арутюнов примет участие в дискуссии на тему "Запретить преступникам давать интервью".